June 6th, 2009

Я Африка

Пушкин

Дм. Мережковский Льва Толстого рассматривает как "язычника темного, варварского", "сына древнего хаоса", "слепого титана", "языческой любви к телесной жизни и наслаждений", "языческого страха телесной боли и смерти", противопоставляя ему А. Пушкина как "язычника светлого, героического типа", как "вечное стремление человеческой личности к безграничному развитию, усовершенствованию, обожению своего "я" (правда, достигая этого состояния воевольно, по собственному хотению), как борьбу Иакова с Иеговой, Прометея с олимпийцами, Аримана с Ормуздом [Мережковский Дм. Пушкин // Пушкин в русской философской критике: Конец ХІХ – первая половина ХХ вв. / Сост., вступ. ст. , библиограф. Р.А. Гальцевой. – М.: Книга, 1990. – С.125-126, 137, 146, 155-157]. Об этом же говорит и Л. Шестов, противопоставляя Пушкина как "посвященного", носителя знания о том, что с уходом из мира "тайны" человечество становится "ничтожным из ничтожных", впротивовес "обыкновенным детям мира", этой тайны не желающих познать [Шестов Л. Афины и Иерусалим. — М.: Фолио, 2001. — С.337], а А.Ильин указывал на то, что Пушкин, этот для русской души «таинственный певец», был дан для того, чтобы создать «солнечный центр» в истории России, обратить её к «кристальным глубинам (sic! — О.Г.) солнечных пространств» [Ильин А.И. О России.- М.: Студия "ТРИТЭ" Никиты Михалкова "Российский Архив", 1995 — С. 21-22].

А вот Александр Елисеев - против Пушкина :))
http://a-eliseev.livejournal.com/590880.html