December 28th, 2011

Я Африка

Мечта об Украине

Оригинал взят у borisakunin в Мечта об Украине


          Прошу извинения у украинских читателей блога, которым имя Василя Вышиваного, я полагаю, хорошо известно. Но я узнал подробности этой грустной судьбы недавно, и она меня  растрогала (вот самое точное слово). 
          Это совершенно отдельная и очень интересная тема: когда член монаршего дома воспринимает высокое рождение не как подарок судьбы, а как бремя ответственности и в новой, чрезвычайно неромантической реальности пытается соответствовать романтическому образу принца-шармана.
          Я не имею в виду шоуменов с пышной родословной, которые обожают фотографироваться в орденах и лентах.


Такая у них работа – терпеть, чтоб на тебя глазели
Взято с http://www.luxuo.com

          Речь о людях, которые действительно стремились сыграть важную роль в истории своей страны или человечества, не имея для того никаких креденциалов кроме августейшего происхождения. Некоторым это в той или иной степени даже удавалось: испанскому Хуан-Карлосу, камбоджийскому Нородому Сиануку, болгарскому Симеону Саксен-Кобургу, шведскому Фольке Бернадоту. Но большинство прекрасных принцев 20 столетия так и не сумели совершить никаких эпохальных деяний, однако дорого заплатили за дум высокое стремленье.
          Вот одна из таких историй.
          Гросс-адмирал австрийского флота Карл-Стефан Австрийский (1860 – 1933) воспринимал свое эрцгерцогство как самурай карму и решил воспитать сыновей полезными  работниками многонациональной империи. В начале двадцатого века предполагалось, что громоздкий габсбургский конгломерат должен преобразоваться в федерацию монархий, каждую из которых возглавит принц императорской крови. Своего старшего сына гросс-адмирал прочил в польские короли. Юный Карл-Альбрехт был воспитан в любви к польской истории, культуре, языку.  Любовь была не по расчету, а искренняя, что принц впоследствии доказал на деле: стал офицером польской армии, а после поражения 1939 года отказался подписать «Фолькслист» (то есть признать себя арийцем). За это был арестован гестапо и подвергнут пыткам, в результате которых остался наполовину парализованным, ослеп на один глаз, но от своего добровольного «полячества» так и не отступился. 
          Однако герой моего рассказа не замечательный «поляк» Карл-Альбрехт, а другой сын гросс-адмирала, Вильгельм, который стал украинцем и полюбил свою доставшуюся по разнарядке родину со столь же  интенсивной немецкой обстоятельностью.
          Родился Вильгельм в 1895 году, то есть к моменту распада империи он был еще совсем молод. В отличие от большинства Габсбургов не эмигрировал в какое-нибудь тихое место, а ринулся в самую гущу кровавых событий.
          Одно время  про него говорили как про будущего «украинского короля», Вильгельм всерьез соперничал с гетманом Скоропадским. Принц участвовал в создании Западноукраинской республики, потом был полковником сечевых стрельцов, но в конце концов покинул Украину, рассорившись с петлюровским правительством.


Пан полковник Габсбурженко в украинской форме

          Вильгельм до такой степени проникся украинскими интересами, что стал непримиримым врагом Польши и поляков, из-за чего даже разорвал отношения со своим старшим братом.
          Одевался принц в вышиванку. Выпускал стихи на украинском языке под псевдонимом Василь Вышиваний: «О хмари, що в сторони рідні йдете» - причем под «рiдной стороной» имелась в виду вовсе не Австрия.


Василь Вышиваний, он же Вильгельм фон Габсбург-Лотринген

          В эмиграции этот щирый Габсбург пытался участвовать в деятельности украинских политических организаций, но существенной роли в этом движении уже не играл. Его ждала грустная  участь неудачника, раздавленного грузом «больших надежд»: переезды из страны в страну, тщетные потуги вернуться в политику, богемная жизнь, громкие скандалы…
          Финал этой незадавшейся жизни трагичен.
          В 1947 году обломок империи, тихо  живший  в советском секторе оккупированной Вены, был зачем-то арестован МГБ. Что делать с несостоявшимся «украинским королем», чекисты не знали, но из своих лап, конечно, не выпустили. Придумали какую-то мутную шпионскую историю, влепили 25 лет и посадили в киевскую тюрьму, где изнеженный поэт-эрцгерцог очень быстро умер.
          Приятно, однако, что через сорок лет прокуратура Киевского военного округа реабилитировала гражданина В. Габсбурга за отсутствием состава преступления.


Collapse )

Я Африка

Спуск флага

Оригинал взят у shiropaev в Спуск флага


В эти дни стукнуло 20 лет со дня очень важного исторического события – над Кремлем был спущен советский флаг.

Многие до сих пор рыдают. Например, Проханов: «Главное, что случилось, - я потерял свою Родину. А это базовая ценность для любого человека, для русского - особенно…».

Я же, именно как русский, не понимаю, почему я должен оплакивать государство, где миллионы крестьян не являлись полноценными гражданами, поскольку не имели возможности свободно передвигаться по стране. Лишь на закате советской истории, в августе 1974 года, даже не при Хрущеве, как принято считать, селянству начали выдавать паспорта. А затянулся этот процесс аж до 1989 года, т.е. чуть ли не до спуска красного флага. И вот, согласно Проханову, народ, пребывавший в феодально-крепостном состоянии, был «передовым народом мира»…

Нам говорят про Гагарина, а ведь всего лишь через год после его полета вспыхнул продовольственный бунт в Новочеркасске, кроваво подавленный Хрущевым. Вопиющий абсурд системы, которая рвалась в космос, но при этом никогда не могла обеспечить себя продуктами питания. Подлинным памятником советскому освоению космоса стал не монумент, взметнувшийся у станции метро «ВДНХ», а сирые избы вконец разоренной русской деревни, платившей за космические амбиции СССР. В лице совка в космос вырвался феодализм, в итоге закономерно проигравший лунную гонку капитализму.

Нам говорят о «великой победе», а ведь она для русского народа, по словам В. Резуна, «хуже всякого поражения», поскольку обескровила нас: «…сотни тысяч и миллионы самых талантливых, самых трудолюбивых, самых толковых, смелых и честных людей, погибли в войне, которая нашему народу была вовсе не нужна». Нам говорят об этой «великой отечественной войне», но молчат, что ее, по существу, развязал Советский Союз своей подготовкой к захвату Европы. Нам говорят о «воине-освободителе», а он на смену гитлеризму принес миллионам людей советизм: террор, депортации, скотский образ жизни. Мне, русскому, непонятно, почему я должен приучать венгров есть черный хлеб и носить военную форму советского типа, что и было вплоть до восстания 1956 года. Мне, как и чеху Милану Кундере, непонятно, почему в чешских городах должна быть Московская площадь, улицы Сталинградская, Ленинградская, Ростовская, Новосибирская, Киевская, Одесская, кафе «Пушкин», кинотеатр «Горький». Мне непонятно, почему в Риге должна быть улица Суворова, а в Таллине стоять Бронзовый оккупант. Мне вообще непонятно, почему я, русский, должен выполнять функцию имперского соединительного звена между обитателями степных юрт и, скажем, литовцами, помнящими Магдебургское право – т.е. за счет качества своей жизни сплачивать заведомо несоединимое. Вот именно это, а не козни ЦРУ, и развалило Советский Союз: его вопиющая, прямо-таки сюрреалистическая этно-культурная разнородность вкупе с накопившимся недоумением русских по поводу их имперской миссии.

СССР – проект, страшный в своей несостоятельности. Ведь ради чего был весь этот ад: застенки, расстрельные рвы, ГУЛАГ, Голодомор, наилучшим образом иллюстрирующий слова Проханова о том, что в основе советской цивилизации лежало возвышенное философское стремление «победить смерть»? Ради чего истреблены миллионы? Ради расслабленных брежневских 70-х. Это тот максимум счастья, который смогла дать народу советская власть. Получается, все немыслимые жертвы были принесены в уплату за этот краткий исторический миг в общем-то довольно убогого благополучия, несопоставимого с западными стандартами. Качественные вещи оставались дефицитом, в сельских магазинах в изобилии красовались лишь водка и дешевые рыбные консервы, в Москву из деревень регулярно тянулись электрички за колбасой, хлеб закупался в Америке. Гора трупов родила мышь благополучия. По сути, весь советский проект затевался ради того, чтобы потом «добрый» Брежнев ослабил гайки террора и рабства, позволив народу поменьше работать и побольше пить. Но как только террор и рабство в силу объективных причин стали утрачивать значение эффективных системообразующих факторов, совок стал неуклонно разваливаться, ибо держаться он мог только на кнуте и пуле, и ни на чем ином.

И совок развалился. И я, именно как русский, об этом нисколько не жалею.