?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Ныне на первый план выходит тотальная борьба между, с одной стороны, представляющим еще индустриальный уровень развития производительных сил, государственно-монополистическим капитализмом (ГМК, империализмом) в форме «Государства» и, с другой стороны, находящимся уже на постиндустриальном, нанотехнологическом и информационном уровне, финансово-корпоратократическим капитализмом (ФКК, глобализмом) в форме «Корпорации».
Первая управляется нанятой национально-территориальной олигархией бюрократией (в том числе и коммунистической бюрократией), жаждущей все и вся контролировать, вторая – наёмными топ-менеджерами, ответственными перед транснациональными кланами финансовых олигархов (магнатов) и собственниками (обладающими контрольными пакетами акций) гигантских корпораций. Однако собственники уже абсолютно отстранены от власти, вырождаясь в рантье. Но владельцами акций крупных банков и корпораций через пенсионные и страховые фонды являются и большинство наемных работников (пролетариат). Да, управленцы-менеджеры существовали тысячелетия, но лишь как прослойка между основными эксплуататорскими и эксплуатируемыми классами. Классом менеджеры становятся только в эпоху НТР на базе монополизации промышленности и банковского капитала (банки начинают управлять капиталом, многократно превосходящим их собственный капитал). Поэтому говорить сегодня о буржуазии как единственном правящем классе нет смысла. Правят элиты, куда кроме корпоративных менеджеров входят и силовики, и адвокаты, и креативщики. Только когда на глобальном уровне возникнет альтернативная им элита, тогда можно будет говорить о возможности успешной антикапиталистической революции.
В  книге «Империализм, как высшая стадия капитализма» (1917) В.И. Ленин выявил пять основных экономических признаков империализма как «высшей» и «последней» стадии капитализма. Это:
1) концентрация производства и капитала, дошедшая до такой высокой ступени развития, что она создала монополии, играющие решающую роль в хозяйственной жизни;
2) слияние банкового капитала с промышленным и создание на базе этого «финансового капитала» финансовой олигархии;
3) бОлее важное значение вывоза капитала по сравнению с вывозом  товаров;
4) образование международных монополистических союзов капиталистов, осуществляющих передел мира;
5) конец территориального раздела земли крупнейшими капиталистическими державами [Ленин В.И. Империализм, как высшая стадия капитализма // Ленин В.И. Полное собрание сочинений / 5-е изд. – М. : Госполитиздат, 1962. –  Т. 27 – С. 386; общ. – С. 299-426].
Но на сегодня изменились четыре из пяти этих экономических признаков империализма:
2) доминирование «финансового капитала» все больше нивелируется: «… Финансовая аристократия ослабевает, корпоратократия потихонечку у нее перехватывает управление. Это и есть основное содержание текущего процесса. Корпоратократия – это люди, которые занимаются контролем и управлением рынками. Например, некая транснациональная корпорация занимается контролем рынков, брендингом, организацией производства по франшизе. А финансовая аристократия – это те ребята, которые завязаны на ФРС США, на европейский Центробанк, которые так или иначе в свое время смогли присвоить эмиссионные инструменты, за их счет пытались прибрать к рукам побольше собственности, и в какой-то мере им это удавалось. К началу XXI века этот процесс дошел до уровня насыщения. Дальше их влияние не растет, и сейчас у них корпоратократия за счет своих организационных возможностей отбирает влияние. Потому что корпоратократия – это организационные технологии, а у ее противников – финансовые. Финансовые технологии все слабее управляют ситуацией в мире, организационные – все больше. Соответственно, влияние корпоратократии растет» [Бильбо Е. Это вопрос борьбы за постиндустриальное будущее // http://falangeoriental.blogspot.com/2016/02/blog-post_12.html].
3) происходит не вывоз капитала, а его постоянные перемещения по разным зонам глобальной мир-системы Капитала;
4) международные монополистические союзы капиталистов, делящие мир, постоянно находяться в состоянии «перекройки» карты мира;
5) крупнейшие капиталистические державы отходят на второй план в  территориальном разделе Земли, уступая место трансгосударственным (транснациональным) корпорациям, все более не нуждающихся в услугах государственно-бюрократического аппарата (и освобождаются от его социальных обязательств перед населением).
Что особенно важно отметить относительно современной стадии финансово-корпоратократического капитализма (глобализма), так это и все больший рост  и изменение форм эксплуатации:  собственники превращены в подконтрольных номинальных акционеров («… Акционеры крупнейших корпораций, в том числе и крупные, представленные в Советах директоров, не только ничего не могут противопоставить своевластию топ-менеджеров, фактически отстранивших их от управления, но и не хотят заниматься этим управлением. А без управления нет собственности, - и превращение акционеров в фактических пенсионеров своих корпораций означает исчезновение частной собственности на высших, наиболее влиятельных уровнях бизнеса» [Делягин М. К новому пониманию рабочего класса, интеллигенции и коммунизма. Завершающее выступление VIII Всемирного социалистического форума (Пекин, 14-15 октября 2017) // https://delyagin.ru/articles/183-novosti/55329-k-novomu-ponimaniju-rabochego-klassa-intelligentsii-i-kommunizma-zavershajucshee-vystuplenie-viii-vsemirnogo-sotsialisticheskogo-foruma-pekin-14-15-oktjabrja-2017]), а предприниматели, придумывающие и создающие новые товары или услуги, превращены: 1) в плане волеизъявления – в «рабов» решений корпораций, 2) в плане удовлетворения – в получающих ренту. Государственной бюрократии на этой стадии оставляется на откуп только сфера социальной ответственности (контроль над иждивенцами, которые, не дай бог, «соберутся и будут большинством решать»).
«… Корпоративные менеджеры, бюрократы и силовики не являются буржуазией, но управляют капиталом. Именно они экспроприируют у буржуазии право собственности. Но эти группы склонны строить либо корпоративный фашизм либо вообще национал-социализм. Пока еще в США буржуазия способна удерживать власть, но долговой кризис и падение прибыльности приведут к власти корпоративный менеджмент, силовиков и бюрократию» [Волынский А. Re: Основные положения духовного коммунизма // http://intertraditionale.kabb.ru/viewtopic.php?f=66&t=10392&sid=078adf5a255fcb95038993733439c0ac&start=710#p74132].
Качественным отличием современного ФКК от традиционного ГМК является объективное наличие транснациональных корпораций, глобальных коммуникаций и общей окружающей среды. «… Именно эти факторы меняют роль государства без всяких анархических революций и бунтов» [Волынский А. Основные положения духовного коммунизма // http://intertraditionale.kabb.ru/viewtopic.php?f=66&t=10392&sid=5b58015fe1f2c3eb6cfdef43832f1704&start=40#p71020].
«… ТНК на новом диалектическом уровне начинает выполнять функции средневекового цеха: контролировать рынок, ассортимент и качество продукции. Это похоже на неофеодализм. Уже не Рынок контролирует качество товаров, не спрос на Рынке определяет ассортимент, не подвижная конъюнктура контролирует Рынок, а ТНК. С помощью рекламы формируется спрос, ассортимент, вкус и цена. Реклама как своего рода религия, которая определяет, что хорошо, а что плохо, за что нужно платить (покупать) и сколько, а за что не нужно, ради чего стоит жить, ради чего не стоит» [Смотрицкий Е. Ю. Глобализация и люмпенизация: социальные корни преступности // Вісник Дніпропетровського юрид. ін-ту МВС України. – 2001. № 2. – С. 28–39. – http://samlib.ru/s/smotrickij_e_j/global-n.shtml] ; «… В каком-то смысле ТНК становятся преемниками государства. Эту тенденцию можно обнаружить уже сегодня. Например, многие крупные фирмы имеют свои кодексы чести (мораль и табу), свою символику (новый тотем), свою службу безопасности, свои учебные подразделения, своих летописцев, свои масс-медиа и PR. Тогда можно без натяжки сказать, что "родиной" может стать человеку транснациональная компания. Поскольку нельзя родиться членом компании, а без принадлежности к крупным структурам нельзя выжить, то жизненный вектор человека будет определятся процессом "социализации в ТНК". Этот процесс будет порождать новые ценности и новые отношения между людьми, новую мораль и новое право» [Смотрицкий Е.Ю. Субъект истории в эпоху глобализации (2007) // http://samlib.ru/s/smotrickij_e_j/history-subject-glob.shtml].
Да, «… если бы капитализм развивался в открытой системе с бесконечным ресурсом, то впереди бы нас ждал бесконечный материальный и, возможно, социальный прогресс. Но в реальности глобальная система закрыта, ресурсы ограничены и техническое развитие порождает больше проблем чем решений, учитывая растущий ментальный разрыв между элитами и аутсайдерами» [Волынский А. Re: Когнитивистика, метафора и культура // http://intertraditionale.kabb.ru/viewtopic.php?f=57&t=10372&st=0&sk=t&sd=a&start=20#p70753].
Ввергнув мир в рационально и научно «регулируемый хаос» противостояний «нового средневековья», Корпорации получают доступ к ресурсам. Т.е. они реализуют принцип «ловить рыбку в мутной воде» («Turbato melius capiuntur flumine pisces»; «Fisch im trüben Wasser fangen») – пользуясь неясностью обстановки, разногласиями и т.п., извлекать выгоду из чьих-либо затруднений.
Иными словами, Глобальный Конгресс Корпораций (Global Corporate Congress, GCC) избрал англосаксонскую неолиберальную программу свертывания проекта «государство социальной ответственности», демонтаж государств вообще, стопроцентную приватизацию силовиков, ликвидацию «гражданского общества», демографическое уменьшение численности население путем перманентных «геноцидных войн местного значения».
В первую очередь, нельзя видеть в противостоящей финансово-олигархической Корпорации стороне в лице бюрократического Государства спасителя. Наоборот, их противодействие еще более усугубляет ситуацию. Соперники Корпорации, пытаясь играть на опережение, возглавили мировое движение «социально-государственнического фундаментализма». Для этого они используют те силы и этносы, которые до сих пор находятся на фундаменталистском уровне социально-культурного развития. И последние находятся не только в мире ислама (ИГИЛ, Талибан, антихристианство), но и в т.н. «русском мире» («национал-большевизм», «неоевразийство», украинофобия), да и в самой Европе (где большинство неонацистских группировок  слишком откровенно высказывают свои симпатии к Кремлю, слишком вольготно стали чувствовать себя в Москве люди, начинавшие политическую карьеру в богемных «чёрных орденах СС», слишком открыто восхваляется  «Гитлер – собиратель земель»). Национальные бюрократии пытаются создать на пути Глобальной Корпорации неогосударственные объединения (ИГИЛ, «ЛНР», «ДНР»), объявляя сторонников Корпораций, пытающихся освободится от Государства и, действительно, «преступить через всё и вся», – «абсолютными преступниками» («гангстерами», «бандитами», «кровавой хунтой»), используя для этого даже инфернальные образы (например,  во втором сезоне сериала Д. Глигорова и А. Богуславского «Выжить после», 2016 г., немецкоязычная корпорация «Вершина» во главе с Хаусхофером и Ингой Беловой (какие говорящие имена!!!) установили над отчужденной от страны Москвой тотальный контроль с помощью результата генетических экспериментов – выводка «сверхлюдей» в виде женщин-вампиров-«мураний»)… Частью к «государственникам» примыкают и «перебежчики» – некоторые представители финансовой олигархии (в основном – неоконы) с их попыткой создать альтернативные финансовые инструменты типа банка БРИКС и АБИИ, тестированием альтернативных систем международных расчетов, созданию мировой валюты, обеспеченной чем-то реальным, признаваемым всеми участниками валютного пула (золото, серебро, нефть, редкоземы, что-то еще или все сразу и вместе)… Будет даже попытка бюрократии и местных монополистов представить себя истинными защитниками демократии как уникального принципа политической и социальной организации выживания человечества под ударами всенаступающей глобализации, что «… только оно (государство, – О.Г.) способно соединять мотивы солидарности с финансовыми, военными и сырьевыми ресурсами, которыми не располагает мировое общество… Оно суверенно, а значит способно принимать решения на основе государственного интереса и при полной солидарности своих граждан…» [Филиппов А. Утверждая Нового Левиафана: что ждет демократию в ХХІ веке // http://ru.valdaiclub.com/a/highlights/utverzhdaya-novogo-leviafana/].
Но, увы, это – лишь жалкая попытка бюрократического капитализма оттянуть неминуемый проигрыш перед глобальными корпорациями. Ведь, в конце концов, государственная бюрократия может сколько угодно вопить, что она горой стоит за «национальные интересы», но, в действительности, продолжает гнобить народ в угоду национальным корпорациям, которые в условиях глобализации все равно работают на транснацинальный Капитал. И, собственно, опыт СССР и Китая показал, что никакое государство не может контролировать Капитал, но Капитал всегда будет диктовать свои законы государству.
К тому же государственная бюрократия значительно проигрывает менеджменту корпораций, и, как констатирует военный эксперт Анатолий «Эль Мюрид» Несмиян, даже не осознает этого [Эль Мюрид. Тупики и выходы // http://el-murid.livejournal.com/3011877.html].
Да, и с установлением корпоратократической власти во всем мире противостояния и противоречия не исчезнут, а, наоборот, еще более обострятся и усугублятся: корпорации сольются с милитаристами и бюрократией и такая форма новоявленного глобального фашизма снизит конкуренцию, вызовет монополизацию, обострит противоречия … [Волынский А. Re: Основные положения духовного коммунизма // http://intertraditionale.kabb.ru/viewtopic.php?f=66&t=10392&sid=0e3e1f5fed951c4b7ac1b6a59b25fb92&start=270#p73004].
Но вряд ли рухнет. ТНК прекрасно научились превращать протестный потенциал в религиозные войны, в этническую резню, в анархические погромы, а протестных левых они просто скупили.
Т.е. самой настоящей перспективой ближайшего будущего возможно крушение государственно-монополистического капитализма по типу Римской империи и «второе издание» варварского феодализма с нотками киберпанка, «войной всех против всех» и сурвивализмом (навыками выживания в условиях конца света) [Анонимус Р.С. Социально-революционный паралич // http://socrev.info/?q=content/socialno-revolyucionnyy-paralich]. Произошедший «блэкаут в Венесуэле» в марте 2019 г. – первый «звоночек» к новой эпохе. Это будет эпоха тотального «опрощения и нищеты», «эра унижения», когда над человечеством будет висеть «дамоклов мечь» корпораций, как это еще провидчески описали писатели-фантасты Иван Ефремов и Михаил Ахманов.
Все это усугубляется фактом осознания того, что уровень развития, принципиально превышающий нынешний («модернизационный»), попросту невозможен. То есть все возможные для разумного вида знания, технологии и достижения присутствуют уже сейчас хотя бы в зачаточном виде. Согласно этой теории, прогресс продлится еще лет 50-100, затем грядет полное опустошение ресурсов и долгая медленная деградация.
Хотя человечество как вид просуществует еще возможно, десятки, а то и сотни тысяч лет, но это будет время «средневекового феодального безвременья» – без угля, газа, нефти, урана никакое возрождение технической цивилизации будет уже невозможно.
В социополитическом же плане также будет «Новое Средневековье». Как предположил наш коллега А. Иваненко в комментарии: «… как Модерн вышел из Средневековья, так и войдет в него: Американские демократические Папы-Президенты и варварская периферия террористов» [Иваненко А. Комментарий к статье Олега Гуцуляка «Грядущее будет феодальным безвременьем» // http://www.proza.ru/2014/06/19/225].
Делать прогнозы о том, что «А вдруг мы откроем некий неизвестный источник энергии или изобретем что-нибудь эдакое» – это пытаться найти одно неизвестное (сценарий будущего) через введения каких-то новых неизвестных (вероятность того, что такой источник действительно существует и может быть найден). А это неверный путь, так как, чтоб найти неизвестное, нужно отталкиваться только от известных факторов.
Правда, сама человеческая цивилизация в своей истории не раз демонстрировала как поразительные и весьма ожидаемые упадки, так и не мение поразительные и неожидаемые возрождения.
И это дает основания для «революционно-оптимистического» видения перспективы: «… пусть длится Час Быка, пусть воют все упыри и демоны старого мира. Темнее всего – перед рассветом... Новый пролетарский рассвет уже близок. Все впереди» [Инсаров М. Век буржуазных революций закончен, век социалистической революции – впереди // http://socrev.info/?q=content/vek-burzhuaznyh-revolyuciy-zakonchen-vek-socialisticheskoy-revolyucii-vperedi].
Да, это весьма близко к тем эсхатологическим предчувствиям о «конце света», его тотальном уничтожении и изменении.
Как верно подметил В. Штепа, «… на уровне историко-религиозных аналогий, это можно уподобить тому, как в средневековом католическом мире, жившем эсхатологическими ожиданиями, вдруг возник протестантизм, предложивший совершенно иную концепцию истории. «Конец Света» оказался началом новой цивилизации. Геноновская концепция «кризиса современного мира» также, быть может, неожиданно для самой себя, оказалась пророчеством не о тотальном эсхатологическом финале, а о мире «постсовременном» («postmoderne»)…» [Штепа В. RUТопия, 2004 г. // http://www.litmir.net/br/?b=106757&p=1].
Таким образом, как в своё время развитие Католического Мира закончилось рождением Мира Протестантизма, апеллирующего к истокам Христианства (не «Предание», а «Писание»; «нет посреднику» для дела спасения души), так и Мир Либерал-Этатизма завершится Миром Капитал-Анархизма, апеллирующим к истокам Свободы (не «свобода-от», а «свобода-для»; не «Государство», а «гаджет»; «нет посреднику» для решения дел).

Latest Month

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner