goutsoullac

Categories:

О Змее-Джоке и эволюции религии семитов

Олег Гуцуляк: О Змее-Джоке и эволюции религии семитов

Как правило, религиоведы, этнографы и социологи, начиная с работы Джеймса Фрэзера «Фольклор в Ветхом Завете» (1918),  связывают библейский сюжет грехопадения первых людей с таким культурно-мировоззренческим комплексом как «табу», имеющим важное социальное значение для архаических и традиционных обществ и ставшим родоначальником морали. «Табу» (из тонган. tapu, полинез. kapu, мальгаш. fadu «всецело выделенный, отделенный, выделенный, священный, неприкосновенный, проклятый») представляет собой строгий запрет на совершение какого-либо действия, основанный на вере в то, что подобное действие является либо священным, либо несущим проклятие для обывателей, под угрозой сверхъестественного наказания. Особенно нарушение табу королём или вождем, или элитой приводило к бесчестию всей управляемой им земли, к её бесплодию, завоеванию врагами и т.п. Как правило, система «табу» имеет  тенденцию создавать «распространительные» ограничения «по аналогии»  вокруг объекта  основного запрета, чтобы оградить основной запрет от даже самой отдалённой возможности нарушения, поэтому со временем табу могут казаться иррациональными даже с точки зрения его исполнителей. В переносном смысле табу означает вообще всякий запрет, нарушение которого обычно рассматривается как угроза обществу, без четкого осознания какая именно это угроза.

Как известно, часть из описанных в мифологических сказаниях действий первопредков или героев связанны именно не с установлением разного вида табу, а с неминуемыми их нарушениями. Но поскольку непременно следует сверхъестественное наказание, то система табуированного еще более упрочивается. Это наблюдается в периоды, когда традиционное общество претерпевает кризисы и обнаруживается, что в нынешней ситуации прежние табу «не работают» и необходимы новые.

Однако бывают исключения, когда некоторые табу отменяются и нивелируются, а то и вообще происходит кардинальное переосмысление всей системы табу, часто с изменением религиозно-мифологической обрядности.

Именно такую ситуацию описывает библейский миф о грехопадении, где зафиксирован главный взгляд архаических людей: несчастья, бренность жизни, болезни и смерть происходят именно от действий сверхъестественных существ (мотивации этих существ самих в этом случае не важны). В библейско-коранической версии – от существа Змея, «хитрейшего» и «мудрейшего».

Именно у тех групп народов, более длительное время остававшихся на традиционно-архаическом уровне мировоззрения и культуры, сохранились представления о том, что болезни и несчастья вызваны именно своенравным поведением сверхъестественных существ («духов», «демонов»).

Так, у непосредственных соседей семито-хамитской группы, у нилотского народна луо, которое в результате миграции с верховий Нила заселило территории Межозерья (нынешнюю Уганду, Кению и Танзанию; кстати,  к этому народу относятся и предки бывшего президента США Барака Обамы), встречаем бытования представления о том, что некие сверхъестественные существа, т.н. «свободные» «джоки» (jok; у родственных им шеллуков они называются «джуок», juok),  либо вселяются в человека, вызывая болезни и страдания, либо всячески пакостят одному человеку, семье или даже целой группе селений. «Свободных» джоков следует отличать от духов предков, и «свободные» они потому, что не «привязанны» к какому-то месту, чьему-то роду, вождеству или семье царя (за «овладение» джоком предков между племенами велись даже кровопролитные войны [п'Битек, 1979, с. 127]). Воздействие джоков не объяснялось какими-то явными причинами (хотя, джок мог просто, как-то увидев, невзлюбить человека или решить овладеть женщиной).

Контактировать, изгонять и даже убивать джока могут особые прорицатели-медиумы («аджвака»). «… Аджвака – гадатель и жрец – умел объяснить происходившие несчастья действиями духов или колдовством. Он мог описать обряды и церемонии, сообщить тексты священных песен и молитв… К нему обращались … больные и другие пострадавшие в поисках исцеления и советов, как устранить те или иные бедствия. К аджваке приходили верующие, надеявшиеся на его помощь» [п'Битек, 1979, с. 119].

Особенно убить джока удается, если прорицатель узнает имя конкретного джока. Наиболее часто джоки выступают под именами Змей, Смерч, Ревнивый, Неистовый, Пожиратель Огня, Убийца Первенцев, Делающий Расслабленным, Изгибающий Позвоночник и т.п. Но джок мог иметь и материальное воплощение: «… смерч … считали самим джоком, передвигавшимся с места на место. Детям говорили, что если накрыть корзиной центр спирали, образуемой смерчем, то под ней окажется змея, которая и есть джок. Джоком считали и близнецов, но не потому, что они якобы обладают магической силой в большей мере, чем другие дети. Джоком считались сами близнецы» [п'Битек, 1979, с. 121]. Собственно, «… приписывают проявлению различных аспектов джока все необычное, нарушающее привычный ход событий: ненормальные роды, странные формы гор и камней, опустошающий дождь или град, удары молнии, нападение саранчи, землетрясение» [п'Битек, 1979, с. 120].

Но умилостив,  изгнав или даже убив джока, проблема решалась только в конкретном случае: «… «свободные» джоки рассматривались не как единичные, независимые друг от друга силы, а скорее как определенные типы, категории сил. Джок Кулу – не один дух, который является виновником выкидишей у женщин…, а категория духов, насылающих этот недуг. Поэтому многие женщины в разных частях страны могли быть одновременно жертвами одного и того же заболевания. И когда удавалось изловить и уничтожить данного конкретного духа. Кулу, то женщины все же продолжали страдать от нападений джока Кулу» [п'Битек, 1979, с. 167]. Как правило, «… к большинству «свободных» джоков относились как к друзьям; их или просили удалиться, приняв соответствующее подношение, или предлагали навсегда остаться в пациенте, который отныне становился одержимым ими» [п'Битек, 1979, с. 163]. В зависимости от уровня силы джока, человек должен был выдержать определенное испытание: скитаться по пустынным местам, есть одни ягоды, страдать от холода и неистовствовать, когда кого-то встречал [п'Битек, 1979, с. 169-170]. Человек, в которого вселился джок, приобретал способности к особенным знаниям, в том числе к гаданиям, видениям, прорицаниям, ремеслам и т.п. Как тут не вспомнить вышеупомянутое библейское: «откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло» (Быт. 3:5).
 

Иногда джок мог потребовать сделать что-то для себя: «… джок устами Джавуру потребовал, чтобы ему построили дом, чтобы послали человека к местному плотнику Кубе и принесли от него ящик. Люди говорили, что джок хочет пользоваться почетом, как вождь, и хранить свои ценности в ящике» [п'Битек, 1979, с. 168]. Возможно, что здесь могли повлиять на представления нилотов луо элементы более развитых религий (образы «ладьи/ковчега» и храма древнеегипетской религии и иудаизма), но, весьма вероятно, здесь мы имеем более архаичную форму того культа сверхсуществ, общего как для предков нило-сахарской, так и афраазийской групп народов. Такой консервативности луо достигали тем, что сталкиваясь с новыми вызовами, они непременно их адаптировали с уже существующими представлениями: так, воинственных арабов стал представлять джок Ала, иностранных морских пехотинцев (в которых часто вербовали нилотов), считавшихся разносчиками чумы и сифилиса, – джок Марин (Омарари), культурно-социальное влияние Западной цивилизации – джок Румба и т.д. Но за внешней инновационной формой (в частности, джока Румбу умилостивляли танцами под патефон в европейской одежде) оставалась неизменной архаическая основа мировоззрения.

Поэтому весьма вероятно, что в библейском сюжете о соблазнении первых людей Змеем с помощью  запретного плода, дающего знание, мы имеем фиксацию именно архаичного культа «джока» – влияния особенного сверхъестественного существа на состояние людей. Однако далее «Книга Бытия» повествует именно о кризисе этого понимания у архаичных семитских народов, которого, как видим, не произошло у предков сахаро-нилотских народов, у потомков которых миссионеры тщетно пытались найти представление о Творце.

Таким образом, мировоззренческий кризис состоял в следующем: древние семиты задались вопросом о причинах того или иного поведения своих «джоков». И поняв это, таким образом, можно лучше от них «предохраниться» или манипулировать.
И нашли они ответ в том факте, что человек всегда и во всех случаях находит для себя оправдания в своих поступках и обвиняет в их причинах других. Таким образом и причина в поведении сверхъестественных «джоков» должна быть еще более сверхъестественной!

Собственно, в «Книге Бытия» мы видим, что Адам переложил вину на Еву (Хаву) в том, что она дала ему запретный плод и, одновременно, тем самым, на Бога, так как Он дал ему эту жену. Ева, в свою очередь, обвинила в обольщении Змея (т.е. «джока»), и тоже обвинила тем самым Бога за то, что именно Он, Господь, сотворил Змея. А кто же создал Змея самым хитрым из всех зверей, т.е. кто виноват, что он поступил именно так? Поэтому Змею даже не дали высказаться! Ведь ясно, что «Тот, Кто наделил разумом человека, наделил им и Змея», – говорил знаменитый толкователь «Торы» раби Авраам Ибн-Эзра (1089-1167 гг.) [Климовский, За что…]. В принципе, Омар Хайям (1048-1131 гг.) выразился более, чем откровенно: «… Ты в рай змею коварную впустил. И человеку – Ты же обвинитель? Скорей проси, чтоб он тебя простил!».

Остается только гадать, является ли Змей (джок) сатаной, или только «впустил» его в своё тело, чтобы тот использовал его как орудие обольщения человечества: «... он как творение доброго Творца должен был быть добрым (ср.: Быт.1:31), но он как орудие дьявола, скрывающегося в нем и говорящего из него, клевещет на Бога, склоняет Еву ко злу. А то, что в змие скрывался дьявол, легко и ясно видно из других мест Священного Писания. В нем повествуется: «И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольшающий всю вселенную» (Откр.12:9; ср.: Откр.20:2); «он был человекоубийца от начала» (Ин.8:44); «завистью диавола вошла в мир смерть» (Прем.2:24)… Происхождение зла и греха – в дьяволе; отсюда всякий грех человеческий, не только первый, в сущности своей ведет начало от дьявола как творца всех зол; между грешниками и дьяволомсуществует некое таинственное генетическое родство, поэтому боговдохновенный Апостол говорит: «Кто делает грех, тот от диавола, потому что сначала диавол согрешил» (1Ин.3:8)… «Необходимо считать, – говорит св. Иоанн Златоуст, – что слова змия принадлежат дьяволу, которого к этому обольщению побудила зависть, а это животное он использовал как подходящее орудие, чтобы, прикрыв приманкой свой обман, прельстить сначала жену, а потом с помощью ее и первозданного»… Нет сомнений в том, что дьявол – творец греха, а змей был лишь его орудием – «сатана же, льстивый сосуд змия употребив, снедию прельсти»...» [Челийский (Попович), 2019].

Как видим, и именно такое поведение сверхъестественного джока Змея объясняется действием еще более мощной сверхъестественной силы, более иной, чем сами джоки.

Сделав все эти открытия, семитские народы оказались теперь перед совсем иными проблемами, которые для других народов остались недоступными для понимания.

1. Климовский, Овадия, рав. За что был наказан Змей? // Иудаизм и евреи. – https://toldot.ru/urava/ask/urava_8556.html

2. п'Битек Окотт. Африканские традиционные религии: Религии Африки в освещении западных и африканских ученых / сокр. пер. с англ.; отв. ред. и предисл. Б.И. Шаревская. – М. : Наука, Гл. ред. восточ. лит-ры, 1979. - 221 с.

3. Челийский (Попович), Иустин, преп. Первородный грех, его причины и следствия // Санкт-Петербургская Духовная Академия РПЦ. – 2019. – 18.09. – 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded