Category: птицы

Category was added automatically. Read all entries about "птицы".

RESIST

СОЙКА

МАРШ ЮНОСТИ
(на мотив "Не жди, не жди" "Сойки-пересмешницы" из "Голодных игр")

Привет, привет,
солнечный рассвет!
Там, где есть свобода, -
тирании нет!

Мир наш свободный - и в этом наш завет!
Наш путь - вперед, к огню новых побед.

Привет, привет,
клич "Один за всех -
все за одного!" -
это наш успех.

Мир наш свободный - и в этом наш завет!
Наш путь - вперед, к огню новых побед.

Привет, привет,
не жди свободы в дар -
Возьми её себе -
если ты не стар!

Мир наш свободный - и в этом наш завет!
Наш путь - вперед, к огню новых побед.

Наш мир, наш мир
под солнцем и луной
Достоин быть без лжи,
и без слёзы порой.

Мир наш свободный - и в этом наш завет!
Наш путь - вперед, к огню новых побед.

Мы есть, мы есть,
не страшен вой врагов -
Идем скорей,
не надо много слов!

Мир наш свободный - и в этом наш завет!
Наш путь - вперед, к огню новых побед.

Идем, идем,
нам нечего терять!
Пусть мы умрем -
но жизни расцветать!

Мир наш свободный - и в этом наш завет!
Наш путь - вперед, к огню новых побед.

Привет, привет,
солнечный рассвет!
Там, где есть свобода, -
тирании нет!

Мир наш свободный - и в этом наш завет!
Наш путь - вперед, к огню новых побед.

Я Африка

ШУ-АТОН, АТЛАНТЫ И СОЛНЕЧНЫЙ ПАВЛИН

Настоящее значение врага рода людского сатаны забылось и в народном предствлении иудеев соотнеслось с др.-евр. satan, sitena «противник в суде, в споре или войне», «препятстующий», «обвиняющий», «подстрекающий» [Аверинцев С.С. Сатана // Мифы народов мира. - Т.2. - С.412], то же, что и арабское «шайтан» (shaitan).

Синонимом древне-еврейского слова «сатана» считается латинское «люцифер» («светоносный»), что экзегеза толкует как горделивое и лишенное силы подобие тому свету, который составляет мистическую славу Божества. Это сопоставление с латинским словом, как нам кажется, хранит более архаичное и изначальное понимание сущности мифологического образа сатаны, а именно заставляет искать семито-хамитскую этимологию его имени: др.-египет. SW «пустота», «свет» + ITN «диск солнца», т.е. имена богов Древнего Египта — Шу и Атон.

Но был ли у египтян бог Шу-Атон?

В гимне времен Аменхотепа ІV (1419 - 1400 рр. до хр.е.), известного более как Эхнатон, говорится: «Шу, который есть Атон» [Рубинштейн Р.И. Атон // Мифы народов мира. - Т.1. - С.122].

Египетский бог Шу является богом воздуха, пространства, разделяющего небо и землю, т.е. владыкой той части космоса, которую православные именуют «мытарства» (thelonia «таможня») , а католики — «чистилище» (purgenium «таможня» < «очищающее/взымающее место»), где находятся «духи злобы поднебесные».

Изображался Шу-Атон, преимущественно, как мужчина, который стоит на одном колене с поднятыми вверх руками (кстати, так же и изображается цифра «миллион», что наталкивает на образ количества воинства сатаны — «легион»), которыми он поддерживает небо над землей. Также Шу-Атон — один из богов-судей в царстве мёртвых.



Т.е. выполняет ту же функцию, что и Атлант в древне-греческих мифах.

Не истолковал ли афинский архонт Солон, сообщая миру о боговраждебной цивилизации атлантов, синовей бездны (символизируемой их отцом Посейдоном), египетский теоним Шу-Атон греческим его аналогом Атлант?

В это же семантическое поле входит и заброшенный с неба, по представлению курдов-йезидов, светоносный ангел Малаки Тауз (араб. «Ангел Павлин»).



Поскольку курды принадлежат к ираноязычным народам, вероятно, что арабский образ Малаки Тауз отодвинул более древнюю авестийскую персонификацию космического пространства — Тваша (попавший через богумилов на Русь как Таусень), отделяющий небо от земли и выступающий в образе павлина.

В Древнем Египте павлин считался символом города солнца Гелиополя, центра культа Ока Гора — богини влаги Тефнут, жены и сестры Шу-Атона. Именно она осуществляет приговор богов — губит человечество, превратившись во львицу пустыни (этот миф аналогичен мифу о приговоре богов грешному человечеству/атлантам и гибели от потопа). Шу, приняв образ павиана, песнями и плясками отвлекает Тефнут от её губительной миссии.



Продолжением солярной темы в мифопоетическом образе павлина в разных традициях являются мотивы благополучия, изобилия, бессмертия (в иконографии западноевропейского христианства павлин пьет из Чаши Евхаристии, клюет плоды виноградной лозы и т.п.).
Я Африка

эрос и агапе


Дионисий Ареопагит не колеблясь отождествляет эрос и агапе. Он пишет в четвертой главе книги «О божественных именах»: «А те, кто правильно слышат божественное, увидят, что, изъясняя божественное, священные богословы в имена агапэ и эрос вкладывают один и тот же смысл» (Дионисий Ареопагит. Сочинения. Толкования Максима Исповедника. / Дионисий Ареопагит. - М.: Алетейя, 2003. – С. 332, 333).

При этом Дионисий прекрасно отдает себе отчет в возможных коннотациях слова эрос : «Низкого ума люди часто думают также, что речь идет о чем-то … непристойном в кем-то сказанных заслуживающих лучшей участи словах: «напала на меня <Давида> приязнь к тебе <Ионафану>, как приязнь к женщинам» (2 Цар.1:26)» (Там же. С. 331).

Однако он защищает свою позицию, ссылаясь на сочинения святого Игнатия и на Септуагинту: «Ведь и некоторым нашим священнословам даже более божественным представляется имя эрос, нежели имя агапэ. Пишет ведь и божественный Игнатий: «Моя Любовь (эрос) распялась» (К Римлянам 7:2). И во введениях к Речениям ты найдешь как кто-то говорит о божественной Премудрости «Я был влюбленным в Ее красоту» (Прем. 8:2). Так что не будем бояться имени эрос, и да не смутит нас никакое касающееся этого устрашающее слово» (Там же. С. 330-333).

Существует только один эрос. Дионисий пишет, цитируя гимны о Любви (эросе) Иерофея: «Назовем ли мы Эрос божественным, либо ангельским, либо умственным, либо душевным, либо физическим, давайте представим Его себе как некую соединяющую и связывающую Силу, подвигающую высших заботиться о низших, равных общаться друг с другом, а до предела опустившихся вниз обращаться к лучшим, пребывающим выше» (Там же. С. 339).

Максим Исповедник, комментируя его, описывает перечисленные Дионисием разновидности эроса. Эрос как половое влечение оказывается подвидом душевного эроса, наряду со стремлением к стадной жизни: «А душевным он назвал эрос бессловесных, дружество, основанное на чувствах, т.е. – без участия ума. По причине ведь этой любовной силы и птицы <…> летают стаями; и по земле ходят также стадами олени, быки и подобные им <…> Да и существа не стадные движимы к спариванию со сходными»
(Там же).

В процитированном комментарии Максима Исповедника говорится о половом влечении как об эросе присущем «бессловесным», т.е. животным, птицам и т.д. но это не значит, что такого эроса нем может быть у человека – у человека есть и бессловесная часть души. Важно только, чтобы бессловесная часть души не одерживала вверх над словесной
(См.: там же. С. 351).

Если словесная часть души оказывается в плену у бессловесной, то человек становится «распутником». Но, согласно Дионисию Ареопагиту и Максиму Исповеднику, даже эрос «распутника» сохраняет некоторую связь с Добром и божественной любовью. «Так и распутник, хоть и лишается Добра из-за бессловесной похоти <…> тем не менее причаствует Добру в самом этом слабом подражании соединению и любви» (Дионисий Ареопагит) (Там же. С .359).

Распутник «соединяется по любви с тем, что для него губительно и, хотя любовь (эрос) представляется извращенной, это все же слабый отголосок божественной Любви (Эроса), и за благо он принимает фантазию» (Максим Исповедник) (Там же. С .359).


А.В. Арапов
Эрос и Амор
  • Current Music
    DESPINA VANDI - SIMERA