Category: технологии

Я Африка

Карго-культ

Это же кнопка-переключатель в инопланетной технологии!
Naga supporting waterspout of Yoni-Lingam Yogyakarta Java c 9th century


60322040_10217554956321146_4754164110998896640_n.jpg






59840702_10217554964761357_7747578307096346624_n.jpg

А эта схема простейшего радио явно похожа на руническую запись или клинопись!



Скифская фиала. Это же изображение палеокосмонавтов в камерах стазиса!

59682292_10217551272869062_4502507906813394944_n.jpg

Я Африка

Оксана Забужко о технологиях и стратегиях пропаганды в Украине

Девушка

Андрей Мальцев: Субстанция стоимости как она есть

Оригинал взят у parti_etat в Андрей Мальцев: Субстанция стоимости как она есть

http://parti-etat.blogspot.com/2015/08/blog-post_36.html

Не так давно я опубликовал заметку "Квадратный конспект первого тома Капитала с некоторыми комментариями", в которой сделал несколько замечаний. В первой главе Капитала Маркс вводит понятие «абстрактный труд», являющийся субстанцией меновой стоимости. Давайте обсудим это более подробно.

Прежде всего хотел бы заметить, что я никоим образом не намерен ставить под сомнение политэкономическую теорию К.Маркса. После опубликования Капитала прошло достаточно много времени, и естественное течение экономических процессов подтвердило положения и формулы, выведенные Марксом. Так, например, общепринятая практика бухгалтерского учета и статистики в развитых странах в понятие добавленной стоимости включает оплату труда и прибыль, что в общем подтверждает формулу стоимости Маркса c+v+m, т. е. добавленная стоимость равна v+m, а перенесенная стоимость — с. И общепринятая мировая практика статистики и бухгалтерского учета является самым надежным подтверждением формул трудовой теории стоимости Маркса.

Однако Маркс писал в середине XIX века. Тогда была совсем другая научная атмосфера, а потому сегодня мы не совсем так воспринимаем некоторые его высказывания, и с этим стоило бы разобраться. Одно из таких темных понятий — субстанция стоимости. Насколько точно наше сегодняшнее понимание этих слов соответствует тому смыслу, что вкладывал в них сам Маркс? Цитаты далее будут из работы [Маркс К. Капитал. Том первый // Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения. Т.23. – М.: ГИПЛ, 1960. – 907с.] и [Маркс К. Капитал. Том второй // Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения. Т.24. – М.: ГИПЛ, 1961. – 648с.]
Вот посмотрите, как он употребляет это понятие. «Рассмотрим теперь, что же осталось от продуктов труда. От них ничего не осталось, кроме одинаковой для всех призрачной предметности, простого сгустка лишённого различий человеческого труда, т. е. затраты человеческой рабочей силы безотносительно к форме этой затраты. Все эти вещи представляют собой теперь лишь выражения того, что в их производстве затрачена человеческая рабочая сила, накоплен человеческий труд. Как кристаллы этой общей им всем общественной субстанции, они суть стоимости — товарные стоимости.» [Капитал I том, стр.46.]. «Как стоимости, все товары суть лишь определённые количества застывшего рабочего времени» [Капитал I том, стр.48.]. «В прямую противоположность чувственно грубой предметности товарных тел, в стоимость [Wertgegenständlichkeit] не входит ни одного атома вещества природы.» [Капитал I том, стр.56.]. То есть стоимость не состоит из обычного вещества, как можно было бы сказать про потребительную стоимость, а представляет собой сгусток некоей субстанции, обладающей лишь призрачной предметностью, и эта субстанция — человеческий труд. «Стоимость, т. е. сгусток труда, который ничем не отличается от труда, овеществлённого в стоимости холста.» [Капитал I том, стр.68.], то есть, как видите, стоимость это овеществленный труд, т. е. труд в стоимости овеществляется. На стр.66 Маркс проводит аналогию между определением стоимости (сопоставлением ее со стоимостью какого-то другого товара) и определением веса — также сопоставлением с неким эталоном (железной гирей).
[Spoiler (click to open)]
Вот еще аналогичные выражения: «сама эта стоимость действительно выступает как сгусток лишённого различий человеческого труда» [Капитал I том, стр.72-73.], «стол остаётся деревом — обыденной, чувственно воспринимаемой вещью.  Но как только он делается товаром, он превращается в чувственно-сверхчувственную вещь» [Капитал I том, стр.81.], «продукты труда становятся товарами, вещами чувственно-сверхчувственными, или общественными» [Капитал I том, стр.82.], «Находящаяся в обращении стоимость не увеличилась ни на один атом, изменилось лишь её распределение между A и B» [Капитал I том, стр.174.].

И вот эта стоимость, этот чувственно-сверхчувственный сгусток человеческого труда как кристалл оседает в товаре при его изготовлении и является отныне, по мнению Маркса, постоянной характеристикой товара: «Не контрагенты определяют стоимость; последняя определена раньше, чем они вступили в сделку» [Капитал I том, стр.168.]. Маркс описывает стоимость как нечто физическое: «Ни одного атома стоимости старого капитала уже не существует.» [Капитал I том, стр.582.]. Как нечто, обладающее атомами: «Это — капитализированная прибавочная стоимость. С самого своего рождения он не заключал в себе ни единого атома стоимости, который бы возник не из чужого неоплаченного труда.» [Капитал I том, стр.595.]. Стоимость, это некая субстанция, которая всасывается средствами производства и передается затем конечному продукту: «ни в одном из этих случаев средства производства не функционируют таким образом, чтобы они всасывали труд. Если они не всасывают труда, то они не всасывают и прибавочного труда. Поэтому не происходит увеличения стоимости» [Капитал I I том, стр.141.]. На стр.148 второго тома Маркс сравнивает превращение стоимости из одной формы в другую с превращением энергии из одной формы в другую, например, при сжигании угля. А самой мерой стоимости является рабочее время: «Насколько важно для познания стоимости вообще рассматривать её просто как застывшее рабочее время, просто как овеществлённый труд, настолько же важно для познания прибавочной стоимости рассматривать её просто как застывшее прибавочное время» [Капитал I том, стр.228.]. Это застывшее рабочее время, эта субстанция, эта стоимость, заключенная ранее в средствах производства, теперь передается продукту, переносится на него: «В продолжение всего рабочего периода как бы слоями накопляется та часть стоимости, которую основной капитал ежедневно отдаёт продукту до его полной готовности.» [Капитал I I том, стр.260.], и накапливается в нем: «труд, овеществлённый в этом продукте» [Капитал I том, стр.198.].

Все это затрудняет понимание мысли Маркса. Как можно себе это представить — вот эту субстанцию? Как именно труд овеществляется? Что под этим понимал Маркс? Если посчитать, что в результате труда возникает новый предмет, вещь, обладающая весомо-грубо-зримой материальностью, которую можно потрогать руками, то это относится к потребительной стоимости. Меновая же стоимость абстрактна, ее невозможно увидеть, тем не менее, Маркс пишет, что она овеществляется, накапливается слоями, всасывается в товар, состоит из атомов, сгустков и кристаллов. Современному читателю довольно сложно представить себе такую стоимость.

А читателю времен Маркса? Как мог бы себе представить такую стоимость читатель свеженапечатанного Капитала? Итак, атомы, кристаллы, нечто всасывающееся и откладывающееся слоями, и при этом чувственно-сверхчувственное. Какие конкретно понятия стояли за подобными терминами у читателей (и писателей) 50-70-х годов XIX столетия? Еще в XVIII столетии в физике господствовали представления о различных тонких всепроникающих невесомых жидкостях. Тепловые явления объяснялись теплородом. Электрические явления – двумя разными жидкостями (стеклянной и смоляной), от чего впоследствии перешли к идее одной жидкости, но имеющейся в избытке или в недостатке. Подобным же образом и в учении о магнетизме были допущены две жидкости — северного и южного магнетизма. Во второй половине XVIII в. уже почти все физики прямо или косвенно приняли существование многих различных тонких невесомых жидкостей. В самом начале XIX столетия от идеи теплорода отказались, но споры по этому поводу продолжались до 30-х годов. Количество невесомых жидкостей, используемых физиками для описания явлений, постепенно сокращалось — в постоянных спорах. Это как раз время написания Капитала — Эдлунд в 1871 году предпринял попытку свести все электрические явления к одной тонкой и чрезвычайно упругой жидкости, которая есть, вероятно, не что иное, как эфир. Однако, Нейман и Вебер восстали против единичности электрической жидкости. Наконец Максвелл в 1873 году разработал эфирную электродинамику, после чего в физике осталась единственная тонкая сверхчувственная всепроникающая невесомая жидкость. Эта идея эфира в физике продержалась до начала ХХ столетия.

Как видите, Маркс с Энгельсом, имевшие представление о современной им физике, описывая таким образом стоимость, должны были иметь в виду вот такую тонкую сверхчувственную субстанцию, которая может накапливаться в товарах — раз уж они использовали именно эти термины. То есть, вот рабочий точит напильником деталь. И от его труда эта тонкая сверхчувственная жидкость (стоимость) втекает в эту деталь и накапливается в ней. Чем больше время работы, тем больше стоимости накопится в детали. Ситуация несколько меняется, если рабочий точит деталь не напильником, а, к примеру, использует электрический абразивный круг. Тогда стоимость втекает в эту деталь не только от труда рабочего, но и всасывается из механического круга — часть стоимости круга переносится на обрабатываемую деталь. Вновь вложенная стоимость невелика (время работы маленькое), но общая стоимость состоит из вновь вложенной и перенесенной. Вот примерно так: «в своём абстрактном общем свойстве, как затрата человеческой рабочей силы, труд прядильщика присоединяет к стоимости хлопка и веретён новую стоимость, а в своём конкретном, особенном, полезном свойстве, как процесс прядения, он переносит на продукт стоимость этих средств производства и таким образом сохраняет их стоимость в продукте.» [Капитал I том, стр.211-212.]. Мера этой субстанции, мера стоимости — это обычное рабочее время: «И труд, заключается ли он в средствах производства или же присоединяется рабочей силой, учитывается лишь по количеству времени. Он составляет столько-то часов, дней и т. д. Однако он идёт в счёт лишь постольку, поскольку время, затраченное на производство потребительной стоимости, общественно необходимо» [Капитал I том, стр.207.]. И хотя это положение является упрощением, но его можно принять в предположении, что мы рассматриваем простой труд. Тогда на самом деле за одинаковое время два разных человека вложат в продукты одинаковое количество субстанции стоимости. Что же до более сложного труда, то большее количество стоимости, вкладываемое сложным трудом за единицу времени, учитывается в более высокой стоимости рабочей силы: «Труд, который имеет значение более высокого, более сложного труда по сравнению со средним общественным трудом, есть проявление такой рабочей силы, образование которой требует более высоких издержек, производство которой стоит большего рабочего времени и которая имеет, поэтому, более высокую стоимость, чем простая рабочая сила. Если стоимость этой силы выше, то и проявляется она зато в более высоком труде и овеществляется поэтому за равные промежутки времени в сравнительно более высоких стоимостях.» [Капитал I том, стр.208-209.]. Подчеркнем это — измерение субстанции стоимости рабочим временем оправданно только для простого труда, а для сложного труда простая зависимость стоимости от времени нарушается, как это тут Маркс пишет.

Однако, накопленная в продукции субстанция стоимости не является чем-то постоянным. Субстанция стоимости может притекать в товар или истекать из него, если меняется общее социальное поле. Это может произойти в результате появления новых технологий: «Пусть товар представляет 6 рабочих часов. Если будут сделаны изобретения, благодаря которым его можно будет произвести в течение 3 часов, то и стоимость уже произведённого товара понизится наполовину. Теперь товар этот представляет уже только 3 часа необходимого общественного труда вместо прежних шести. Таким образом, величина стоимости товара определяется не предметной формой труда, а количеством труда, которое необходимо для производства товара.» [Капитал I том, стр.546-547.]. То есть напильник остался напильником, и рабочий тот же. Но если на соседней фабрике запустили электрический абразивный круг, то этот круг при своем изготовлении всосал в себя субстанцию стоимости, в результате эта субстанция, разлитая в воздухе вокруг рабочего с напильником, стала более разреженной, а потому в результате движений рабочего ее попадает в деталь в два раза меньше. То есть рабочий шваркает напильником 6 часов, но общественно-необходимое время стало 3 часа. Вот эти 3 лишних часа на создание этой стоимости рабочий затрачивает только потому, что не пользуется электрическим кругом. Если бы пользовался, то субстанция стоимости, выжатая из окружающей среды этим кругом (в результате чего плотность стоимости в окружающей среде и понизилась, а соответственно простым напильником ее за 3 часа уже в деталь не закачаешь), всосалась бы из круга в деталь, и деталь приобрела бы необходимую стоимость за 3 часа — это и есть теперь общественно-необходимое рабочее время.

Но не только в результате новых изобретений может измениться это общее социальное поле: «Понятие постоянного капитала отнюдь не исключает революции в стоимости его составных частей. Предположим, что фунт хлопка стоит сегодня 6 пенсов и что завтра вследствие неурожая хлопка цена его повышается до 1 шиллинга. Прежний хлопок, который продолжают обрабатывать, куплен по стоимости в 6 пенсов, но присоединяет теперь к стоимости продукта часть в 1 шиллинг.» [Капитал I том, стр.220.]. Как видите на общую плотность субстанции стоимости, соответственно, на ее способность накапливаться в товаре, влияет и такое явление, как погода, т. е. неурожай. Вот на следующей странице: «Хотя стоимость товара определяется количеством содержащегося в нём труда, но само это количество определяется общественным путём. Если изменяется рабочее время, общественно необходимое для производства товара, — а одно и то же количество хлопка, например, при неблагоприятных условиях представляет большее количество труда, чем при благоприятных, — то это оказывает обратное действие на старый товар» [Капитал I том, стр.221.].


Вот такое понятие о стоимости вытекает из внимательного прочтения Капитала и сопоставления этого текста с общей научной атмосферой тех лет. Нет ничего удивительного, что сегодня зачастую критикуют трудовую теорию стоимости как раз на основании вот такого представления о стоимости. Субстанция стоимости непосредственному наблюдению не поддается, а раз так, то она представляет собой чистую фикцию. Карл Поппер, к примеру, обвиняет Маркса в эссенциализме (смотрите Анти-Поппер). С таким же успехом можно обвинять в эссенциализме Ньютона или жившего одновременно с Марксом Максвелла — наука XIX столетия в принципе была эссенциалистской. В конце концов, это вопрос обычной редакторской правки — переформулируйте законы так, чтобы исключить эссенциализм, и спокойно их используйте, как это и сделано в физике. Формулы Максвелла, несмотря на то, что они были выведены с использованием идеи эфира, были впоследствии подтверждены экспериментами, практикой электродинамики, а раз так, то отказ от эфира ничего не изменил и не мог изменить в самих формулах. Поскольку в электротехнике подтверждалось не наличие эфира как явления, а правильность формул. Точно также не играет никакой роли принимаем ли мы идею субстанции стоимости, отвергаем ли мы эту идею, либо все же пользуемся понятием стоимости, помня об условности понятия субстанции стоимости — все это не играет никакой роли, поскольку практикой бухгалтерского учета подтверждается не идея субстанции стоимости, а верность формул, выведенных Марксом.

Если же Некто ставит задачу изменить теорию, то новые формулы, предложенные этим Неким, должны сводиться к формулам Маркса, т. е. должно быть вполне понятно — как эти формулы получились из формул Маркса и почему это было нужно.

Возьмем, к примеру, критическое замечание Марксу из Википедии, заключающееся в том, что товар «рабочая сила» принципиально отличается от всех остальных товаров. Все товары, участвующие в процессе производства, не создают новой стоимости, а лишь переносят часть своей стоимости на изготавливаемые товары, но товар «рабочая сила», наоборот, новую стоимость создает, а свою стоимость на новый товар не переносит. И на этом основании высказывается сомнение, что рабочая сила — товар.

Но такой эффект получается исключительно из-за способа описания, принятого Марксом. Одной из задач, стоявших перед Марксом, было выяснение механизма эксплуатации. А для этого он предположил, что первую часть дня рабочий работает исключительно для того, чтобы оправдать свою зарплату — необходимое время. Оставшаяся же часть дня является прибавочным временем, достается капиталисту даром и является источником его прибыли. Только при таком способе описания возникает впечатление, что рабочая сила свою стоимость на продукт не переносит.

Возьмем еще более далекое от сегодняшнего дня описание — барщину. В главе VIII Капитала Маркс разбирает ее различные виды: «афинский χαλός χάγαδός [аристократ], этрусский теократ, civis romanus [римский гражданин], норманский барон, американский рабовладелец, валашский боярин, современный лендлорд» [Капитал I том, стр.247.] – в любом случае все они использовали прибавочное время, что и является эксплуатацией. Только тут это было не часть рабочего дня, а часть рабочей недели, или даже часть рабочего года. А теперь пойдем в обратном направлении и будем рассматривать необходимое и прибавочное время не в рамках рабочего дня, а в более мелкие временные промежутки.

Берем описание Маркса. Пусть стоимость постоянного капитала с=1000, переменного капитала v=100 и норма прибавочной стоимости 100 %. И пусть за рабочий день десятая часть стоимости постоянного капитала переносится на продукт, а сам рабочий день для простоты составляет 10 часов. Тогда в течение первых пяти часов на продукт будет перенесена часть постоянного капитала с = 50 и трудом рабочих будет создана стоимость, эквивалентная их зарплате v = 100. В течение следующих пяти часов на продукт будет перенесена часть постоянного капитала с = 50 и трудом рабочих будет создана стоимость m = 100. Итого за рабочий день стоимость продукции будет W = c+v+m = 100 + 100 + 100 = 300. Авансированный и амортизированный в течение дня капитал c+v = 200, а прибавочная стоимость m = 100. Именно при таком описании получается, что рабочая сила свою стоимость на продукт не переносит, а вторая половина рабочего дня капиталисту досталась даром, что и составляет суть эксплуатации.

Будем далее считать, что за рабочий день создается 10 единиц продукции, т. е. единица в час. Возьмем также идею современного бухгалтерского учета, что добавленная стоимость состоит из оплаты труда и прибыли. Тогда стоимость единицы продукции составит часть постоянного капитала c = 10 плюс стоимость рабочей силы v = 10 плюс прибыль, создаваемая трудом рабочих, m = 10. Итого за один час стоимость продукта W = 30, из которых 10 составляют стоимость сырых материалов и перенесенная на продукт стоимость (амортизация) оборудования, 10 составляет перенесенная на продукт стоимость рабочей силы, а 10 — прибавочная стоимость, т. е. прибыль. За весь рабочий день W = 300, как и при описании Маркса.

Как видите, при таком описании рабочая сила как товар в процессе производства переносит часть своей стоимости на продукт, т. е. является точно таким же товаром, как и другие. С той лишь разницей, что ее потребительной стоимостью является способность создавать новую стоимость. Изменилось лишь название буковки m — у Маркса она называется прибавочной стоимостью, а в этом вот описании — прибылью. Но ни сами формулы, ни смысл эксплуатации от этого не меняются ни на копейку. Идея же, что стоимость рабочей силы также переносится на продукт, выглядела слишком фантастичной в описании Маркса. Представить, что рабочий шваркает напильником по детали и этим закачивает в нее субстанцию стоимости, разлитую в окружающей среде, да плюс к этому из него самого истекает субстанция его личной стоимости как товара, то есть его жизненная сила, и также всасывается в эту деталь — такое описание грубой конкретности капиталиста как вампира показалось излишним даже Марксу.


Таким образом, нет никаких оснований сомневаться в формулах трудовой теории стоимости, но есть вероятность, что некоторые выводы следуют лишь из принятого Марксом описания, а не из самих формул — как вот в случае с перенесением на продукт стоимости рабочей силы. Кроме того, при выведении формул Маркс сделал несколько предположений. И хотя для случая развитого капитализма эти предположения оправданны, но есть повод сомневаться в оправданности принятых предположений для других ситуаций.

Давайте разберем вопрос о том, что трудом рабочего создается новая стоимость. Нет, сомневаться в этом утверждении повода нет — создается. Однако, есть некоторые основания сомневаться, что это единственный источник возникновения стоимости.

Начнем с того, что меновой стоимостью обладает только потребительная стоимость. Если нечто не может никак потребляться, то оно никому не нужно, а потому не может являться товаром. Если же что-то потребляться может, то оно может быть товаром, соответственно иметь меновую стоимость. То есть первична все же потребительная стоимость, а меновая — это некая надстройка, созданная обществом. Однако не все потребительные стоимости создаются человеком, очень много потребительных стоимостей создает природа. Вода, воздух, почва, различные растения, растущие диким образом и так далее. Все это может потребляться либо производительно, либо индивидуально. Конечно, чтобы сорвать яблоко и отнести его на рынок требуется какое-то время, то есть меновая стоимость в данном случае создается трудом, но вот чтобы просто съесть яблоко без посредства рынка никакого особого труда не требуется. На этот факт, что меновая стоимость создается для рынка, и указывал Маркс при выведении своих формул: «Если бы средство производства не имело стоимости и потому ему было бы нечего утрачивать, т. е. если бы само оно не было продуктом человеческого труда, то оно не передавало бы продукту никакой стоимости. Оно служило бы для образования потребительной стоимости, не участвуя в образовании меновой стоимости. Так обстоит дело со всеми средствами производства, которые даны природой, без содействия человека: с землёй, ветром и водой, железом в рудной жиле, деревом в девственном лесу и т. д.» [Капитал I том, стр.215.].

Рассмотрим однако такой, хотя и литературный, но вполне правдоподобный случай рыночной торговли. Как сказал кот Матроскин «чтобы продать что-нибудь ненужное, нужно сначала купить что-нибудь ненужное» или наоборот. То есть для рыночной операции нужны наличные деньги или что-то, что можно в таковые превратить. С такой именно проблемой и столкнулся Великий Комбинатор в Пятигорске, когда ему понадобилось купить стул — наличных денег не было. Вы прекрасно помните, как он вышел из положения. Он начал продавать билеты на осмотр Провала, а с 2008 года бронзовый Остап Бендер постоянно торгует билетами у Провала.

Что было в данном случае потребительной стоимостью? Такой стоимостью была возможность осмотреть Провал — карстовую пещеру естественного происхождения. Эту потребительную стоимость, следовательно, создала Природа. А вот какой труд создал в данном случае меновую стоимость? Остап никак не изменял пещеру, не добавлял или вносил в нее стоимость, он просто воспользовался тем, что создала Природа. Тем не менее, он создал рыночную ситуацию и начал продавать возможность осмотра Провала, а все окружающие с этим согласились. Так в какой же момент возникла меновая стоимость? Нельзя же, в самом деле, сказать, что эта меновая стоимость создается трудом Бендера, а сам труд заключается в том, что он отрывает билетики. Или трудом в данном случае называется то, что он собирает с отдыхающих деньги? Но в таком случае чем этот труд отличается от труда купца? Тот тоже собирает с граждан деньги — за то, что отдает им меновые стоимости. Но эти меновые стоимости в лавке купца созданы каким-то трудом, хотя бы трудом доставки до рынка потребительных стоимостей, созданных природой. Но в данном-то случае никто не доставлял Провал к потребителям, Остап не вложил в создание данной меновой стоимости ни секунды своего труда, в равной мере не присвоил такой вклад, сделанный другим человеком. Какой труд создал эту меновую стоимость, и труд ли ее создал?

Вы можете объявить Остапа мошенником. Это так. Но в такой же мере любая эксплуатация является мошенничеством. Еще Прудон сказал «всякая собственность есть кража». И объявление всего подобного мошенничеством еще не избавляет нас от необходимости выяснять экономический механизм такого мошенничества.

Что в данном случае на самом деле произошло? Остап начал продавать билеты, а все окружающие с этим согласились. Тем самым, Остап явочным порядком создал свое право собственности на Провал. Право собственности есть монополия. Уступая на время свое право собственности на Провал покупателям, отказываясь на время от монополии, Остап получал в обмен на это денежные знаки.

Точно так же он мог бы продавать земельные участки на Луне или Марсе, или право назвать астероид чьим-то именем, или доменные имена в Интернете — в случае, если бы окружающие признали за ним такое право. То есть в данном случае меновая стоимость возникает из признания окружающими за Остапом какой-то монополии. Согласитесь, что это скорее юридическое явление (во многих смыслах), чем результат труда.

Второй парадокс, который стоит разобрать, это парадокс Робота. Возьмем обычное промышленное производство. Стоит токарь и точит деталь. Эта деталь получает какую-то стоимость, состоящую из перенесенной стоимости, стоимости рабочей силы и прибавочной стоимости. Прибавочная стоимость создается трудом. При этом новая стоимость создается только трудом токаря. Сам станок без токаря новую стоимость не создает, а только лишь переносит на вытачиваемую деталь часть своей стоимости. Отлично.

Заменяем токаря роботом. Робот ничем принципиально от станка не отличается. Если станок не создает новую стоимость, а лишь переносит на продукт часть своей стоимости, тогда и робот также не может создавать новой стоимости, а лишь переносит на продукт часть своей стоимости. В таком случае стоимость детали получается из перенесения на нее части стоимости станка, и из перенесения на нее части стоимости робота. А стоимость рабочей силы и прибавочная стоимость в данном случае отсутствуют. То есть W = C + 0. И насколько бы высокой ни была начальная стоимость робота, но если мы будем его использовать для производства других роботов, то его стоимость будет дробиться и дробиться. В равной мере, если производить не роботов, а другую продукцию, то стоимость робота будет также дробиться, переходя на эту продукцию. То есть стоимость перестает быть самовозрастающей, что характерно для капитализма, а начинает в результате этого постоянного дробления стремиться к нулю. Меновая стоимость исчезает как таковая. Во времена Маркса такая ситуация возникнуть не могла, а потому он подобные парадоксы и не обдумывал.

Вы можете сказать, что робот имеет ограниченный срок годности и высокую начальную стоимость. В результате за срок своей жизни он не успевает поделить свою стоимость на бесконечное число частей, то есть вносит (передает) продукту какую-то существенную стоимость. Но, как уже говорилось, можно направить робота на изготовление других роботов, обходя это ограничение. С другой стороны высокая стоимость робота вызывается большим количеством знаний, в него вложенных. Вот что полагал на этот счет Маркс: «Мы видели, что производительные силы, возникающие из кооперации и разделения труда, ничего не стоят капиталу. Они суть естественные силы общественного труда. Естественные силы, как пар, вода и т. д., применяемые к производительным процессам, тоже ничего не стоят. Но как человеку для дыхания необходимы легкие, так он нуждается в «создании человеческой руки» для того, чтобы производительно потреблять естественные силы. Для эксплуатации двигательной силы воды необходимо водяное колесо, для эксплуатации упругости пара — паровая машина. С наукой дело обстоит так же, как с естественными силами. Раз закон отклонения магнитной стрелки в сфере действия электрического тока или закон намагничивания железа проходящим вокруг него электрическим током открыты, они уже не стоят ни гроша.» [Капитал I том, стр.398.].

Как видите, Маркс отрицал меновую стоимость интеллектуального капитала. Сегодня уже невозможно отрицать, что знания обладают меновой стоимостью. Однако, как и в парадоксе Остапа, меновая стоимость возникает тут в результате монополии — частной собственности на знания. И при устранении частной собственности на информацию в условиях полностью роботизированного производства сразу же возникает ситуация, когда в производстве перестает добавляться новая стоимость. А раз так, то стоимость начинает стремиться к нулю и исчезает. По-видимому, это и будет означать коммунизм.

Однако сегодня, в условиях сплошных монополий, нельзя говорить, что монополия на информацию исчезает. С чего бы? Какой механизм такого исчезновения? А раз так, то сохраняется и частная собственность на знания, что порождает и их меновую стоимость. Трудовая теория стоимости полагает, что стоимость создается трудом. И если мы говорим о потребительной стоимости, то это именно так. Ведь даже в том случае, когда стоимость создана Природой, это также можно в каком-то смысле посчитать результатом труда. Даже наоборот, найдется много людей, кто предпочтет сформулировать примерно так: лишь поскольку человек создан по образу и подобию, постольку он является творцом, следовательно, может создавать потребительные стоимости. А такая формулировка стирает принципиальную разницу между трудом человека и трудом Природы.

Совсем другая ситуация с меновой стоимостью. Меновая стоимость возникает лишь в условиях монополии. Один субъект имеет монополию на товар, другой на деньги (или на другой товарный эквивалент). Это потом, гораздо позже возникнет развитый рынок, который устранит монополию — на какое-то время. Но первоначально, в самый момент возникновения торговли встречаются не просто два равных товаровладельца, обменивающихся эквивалентами, а два монополиста — каждый из них обладает тем, чего принципиально лишен второй. Именно так выглядела меновая торговля при своем появлении. Монополия на какой-то продукт превращала его в частную собственность, следовательно давала возможность превратить его в меновую стоимость. И даже в условиях капитализма, когда монополий нет, и из этого исходил Маркс при создании трудовой теории стоимости, даже в этих условиях труд рабочего создает стоимости при непременном наличии монополии — монополии капиталиста на средства производства. А потому рабочий вынужден продавать ему свою рабочую силу.

Как видите, при всей подтвержденности формул Маркса последующей экономической практикой, невозможно ограничиться утверждением, что субстанция стоимости создается трудом. Необходимо дополнительно исследовать влияние монополии на процесс возникновения меновой стоимости.

Лысая Гора,
август 2015
Девушка

Почему в СССР провалилось построение социализма?

Оригинал взят у parti_etat в Почему в СССР провалилось построение социализма?

http://parti-etat.blogspot.com/2015/08/blog-post_7.html

В переходном периоде важна не только классовая борьба. Да, буржуазию и кулачество ликвидировали как классы, но осталось другое противоречие, которое в СССР в переходный период так и не решили: противоречие между передовым политическим строем и технико-экономической отсталостью. Хотя успешно преодолели это противоречие только один-единственный раз – когда путем индустриализации преодолелась технико-экономической отсталость, унаследованная от старого, капиталистического строя. Но этим дело не завершилось - мировая капиталистическая система бросила новые технико-экономические вызовы, на которые СССР не смог адекватно ответить.

А именно: окончательный провал СССР произошёл тогда, когда в 70-80-х годах ХХ в. происходило становление технологий пятого поколения (микроэлектроника). СССР пропустило этот научно-технический поворот, занимаясь выяснением схоластического вопроса «Какой вид собственности лучше – частная или общественная?», тогда как внимание следовало бы обратить внимание на очередную смену технологического уклада: «… Советский Союз полностью прозевал начало эволюции персональных компьютеров, как, собственно, прозевала его и IBM. Но, в отличие от ШМ, проектирование и производство собственного PC, подозрительно похожего на Apple One, у Советского Союза заняло более десятилетия. На другом конце спектра, в компьютерах высокой мощности, которые должны были быть сильным местом этатистской технологической системы, максимальная совокупная мощность советских машин в 1991 г., когда был достигнут пик производства этих компьютеров в СССР, была более чем на два порядка ниже, чем мощность машин одной Cray Research. Что же касается решающего элемента технологической инфраструктуры, то оценка советской телекоммуникационной системы, сделанная Дианой Дусетт в 1992 г., также показала ее отсталость по сравнению с системой любой крупной индустриальной страны. Даже в ключевых военных технологиях к концу 1980-х годов Советский Союз сильно отставал от США. Сравнение военных технологий США, НАТО, Японии и СССР, проведенное Министерством обороны США в 1989 г., показало, что Советский Союз оказался наименее развитой страной в 15 из 25 оцененных технологий и не имел паритета с Соединенными Штатами ни в одной технологической области. Оценка военной технологии, проведенная Маллере и Деляпортом, подтверждает этот факт… Система сама подорвала свои основы, спровоцировав технологическое отставание именно в критический период крупного сдвига парадигмы в остальном мире.
В самом деле, до начала 1960-х годов нет свидетельств существенного советского отставания в главных технологических областях, за исключением биологических наук, страшный удар которым нанесла лысенковщина. Но как только в технологической эволюции наступил перелом, как на Западе с начала 1970-х годов, научные исследования уже не могли помочь технологическому прогрессу, и попытки учиться через заимствование вовлекли Советский Союз в безнадежную гонку за ускорением технологических инноваций в Америке и Японии. "Что-то" случилось в 1970-х годах и вызвало технологическое отставание СССР. Но это "что-то" произошло не в Советском Союзе, а в развитых капиталистических странах. Характеристики новой технологической революции, основанной на информационных технологиях и на быстром распространении таких технологий в широком диапазоне применений, крайне затруднили для советской системы их освоение и приспособление для собственных целей. Не кризис брежневского застойного периода воспрепятствовал технологическому развитию. Скорее неспособность советской системы фактически интегрировать желанную научно-техническую революцию внесла вклад в экономический застой… Таким образом, в ядре технологического кризиса Советского Союза лежит фундаментальная логика этатистской системы: подавляющий приоритет военной мощи; политико-идеологический контроль над информацией со стороны государства; бюрократические принципы централизованно планируемой экономики; изоляция от остального мира; неспособность технологически модернизировать некоторые сегменты экономики и общества, не изменяя всю систему, в которой такие элементы взаимодействуют друг с другом» [Кастельс М. Информационная эпоха : экономика, общество, культура. Том I // http://www.fidel-kastro.ru/sociologia/castels.htm#8].
Решая экономические вопросы за счет экспорта нефти в обмен на импорт западных технологий и товаров широкого потребления, т.е. фактически став сырьевым придатком внешнего капиталистического рынка, вместе с технологиями и товарами СССР импортировал и зависть к Западу как «раю на Земле» и идеи либеральной демократии. Техническое отставание СССР от оппонентов – факт, который бросается в глаза. Сюда следует отнести и отставание в такой ключевой сфере, как оборонка, на которую были брошены лучшие силы страны. СССР выступал на позднем этапе в качестве сырьевой базы Запада, продавая ему энергоносители и покупая промышленные изделия и технологии. Если бы большевистский строй был более прогрессивной системой, все было бы ровно наоборот: Советский Союз поставлял бы Западу свои супер-современные технологии, а западные страны, дивясь этим удивительным новинкам, изобретенным большевиками, перепродавали бы Союзу главным образом сырье из стран Третьего мира. Но увы – основой советского экспорта на Запад было сырье, а главной статьей импорта – изделия промышленности и технологии. 70 лет, колоссальные людские и природные ресурсы давали большевистской системе огромные возможности для развития. Но в итоге она не смогла даже преодолеть отставание от капиталистических стран, пришла к распаду и краху.

Аналогично Китай, пропустив поворот в очередной технологический уклад (NBIC – нанотехнологии, биотехнологии, информационные технологии и когнитивные науки), стал работающей на внешний рынок фабрикой машинного производства товаров, тогда как конструкторское бюро и технологическая лаборатория нового уклада принадлежат США, т.е. Запад капитализировал знания и уже захватил командные высоты в создании образов, стилей и стандартов, метатехнологий и технологических принципов, конструировании технических решений и в высокотехнологичном производстве.
Саша Грей

Создается самый мощный лазер, которым собираются прожечь ткань мироздания

Оригинал взят у zapys в Создается самый мощный лазер, которым собираются прожечь ткань мироздания

http://zapys.blogspot.com/2014/01/blog-post_7654.html

В Европе готовятся провести совершенно невероятный эксперимент: к 2017 году должен быть построен не просто самый мощный лазер на Земле, а лазер, мощность которого будет просто чудовищной. Соответственно невероятной будет и стоимость этого проекта – полтора миллиарда евро.

Предполагается, что размещен этот лазер будет в Великобритании. С его помощью исследователи собираются прожечь ткань мироздания. Назвали его ELI (Extreme Light Infrastructure Ultra-High Field Facility), этот супер-лазер должен помочь раскрыть тайны Вселенной.

Детали эксперимента

Научный руководитель проекта ELI профессор Джон Колльер привел некоторые детали этого эксперимента. Мощность монстра будет составлять 200 петаватт, то есть больше, чем наша планета получает от Солнца. И больше в 100 тысяч раз, чем вырабатывает вся человеческая цивилизация.

Вся эта чудовищная энергия будет сконцентрирована в одном выстреле-импульсе продолжительностью менее одной триллионной доли секунды (свет со своей скоростью за это время успевает пробежать только доли микрона). Колльер говорит о том, что такой лазер даст возможность вторгнуться в совсем неизвестную область физики.

То есть речь идет о том, что мощность и плотность выстрела лазера будет такая, что он способен будет прожечь время и пространство. По сути дела, в ткани мироздания будет сделана дырка, на месте которой образуется вакуум.
По теории ученых, в этом вакууме совершенно непредсказуемо, ниоткуда и из ничего будут возникать неизвестные, и пока неуловимые частицы, которые в этом же вакууме будут и исчезать. Но с помощью ELI эти частицы можно будет не только увидеть, но и добыть.

Ожидается, что такой сверхмощный импульс еще и сможет поделить материю на вещество и антивещество. Это откроет возможные ходы в другие измерения, а возможно, что «засветит» темную материю и этим сможет показать, как устроены на самом деле атомы вещества.

Возможности супер-лазера

Перспективы такого эксперимента не только завораживают, но и пугают. Супер-лазер ELI представляется даже страшнее, чем Большой андронный коллайдер (БАК). Но на БАК уже проводили эксперименты, и страшного ничего не произошло, хотя полной мощности он еще не достиг.

Скептики даже предупреждали, что при запуске БАК на полную мощность возможен Большой взрыв и образование Черной дыры на месте Швейцарии. А чего же тогда можно ожидать от создания дырок в мироздании при помощи ELI?

Ученые-физики честно признаются, что предсказать, какие принесут результаты предстоящие эксперименты, они не могут. И не знают, какие могут возникнуть невероятные явления.

Скептики опять заговорили о том, что и от БАКа ожидали достижений ученых в новых областях физики. Вспомнили обещание раскрыть самые жгучие тайны Вселенной. Однако он пока даже не обеспечил поимку знаменитого бозона Хиггса, а ведь многие считают, что именно ради этого были потрачены миллиарды долларов на строительство БАКа.

Оправдает ли затраты сверхмощный лазер? Сейчас это не известно. Возможно, что человечество должно перед собой ставить фантастические цели для того, чтобы учиться решать фантастические задачи. Но все-таки от этой установки, скорее всего, может быть и практическая польза.

Если ELI способна своим лучом «рвать пространство», то этот луч можно будет применять и как оружие. Например, отправить в другое измерение какой-нибудь угрожающий Земле крупный астероид. Или поразить злобных пришельцев при попытке напасть на нашу планету.

В планах ученых-исследователей при создании супер-лазера ELI строительство и запуск нескольких прототипов меньшей мощности, которые будут запущены в 2015 году в Венгрии, Чехии и Румынии.
Саша Грей

Сознание это структурированный свет

Оригинал взят у zapys в Сознание это структурированный свет

http://zapys.blogspot.com/2013/12/blog-post_5.html

Сознание – глобальное явление, которое охватывает всё тело, а не только мозг. Сознание в своей основе является структурированным светом.

Один из исследователей в области анестезиологии, Стюрт Хамерофф, обнаружил, что некоторые вещества каким-то образом тормозят электрическую активность в микротрубках и это выключает сознание. Микротрубки поддерживают структуру и форму клеток и представляют собой шестиугольные решётки, состоящие из нитей белка под названием тубулин и формируют микроскопические полые цилиндры. 13 нитей тубулина обёртываются вокруг пустого центра в спирали, а все микротрубки клетки расходятся от центра к мембране как спицы в колесе. Известно, что большая часть микротрубок находятся в состоянии постоянного “строительного” процесса, как будто кто-то собирает и разбирает детский конструктор. Было обнаружено, что живая ткань способна передавать фотоны света и в мозге происходит сильное проникновение света. Кроме того, микротрубки являются превосходными проводниками вибраций и имеют значительную степень когерентности с соседними нитями. Вибрации в одной микротрубке резонируют в унисон с соседними. По сути, микротрубки в клетке дендритов и нейронов являются “световодом” для фотонов, и передают волны от клетки к клетке без потерь энергии. Кроме того, они ведут себя как своеобразные магистрали для этих волн во всём теле!!!
К подобным выводам пришли известные учёные в различных исследовательских центрах мира. Они так же обнаружили, что мозг использует квантовые процессы. Ясуе из Киото, Дзибу из Окаямы, Инсинна из Италии, Хаган из университета МакДжилл и другие независимо друг от друга пришли к выводу, что имеется фиксируемое взаимодействие между физиологией мозга и квантовым полем и что микротрубки и мембраны дендритов представляют собой своеобразный биологический интернет в теле.

Каждый нейрон может входить в систему и говорить с любым другим нейроном благодаря квантовым процессам. Микротрубки выстраивают и структурируют несогласованную энергию и создают всеобщую последовательность волн в теле. Этот процесс называется “сверхсветимость” и позволяет последовательным сигналам проходить в теле. Когда все сигналы согласовываются, фотоны начинают перемещаться по световодам. Это явление называют “самопросветление”. Фотоны проникают через ядро микротрубок и связываются с другими фотонами во всём теле. Таким образом возникает коллективное взаимодействие субатомных частиц – именно поэтому мы способным одновременно думать о многих самых разных вещах. Именно благодаря этому достигается согласованность всего организма и мгновенное действие разума – ему требуется одна десятитысячная доля секунды чтобы передать информацию. Хамерофф обнаружил, что электроны движутся по световодам и остаются обособленными – находятся в квантовом состоянии.

Итак, световоды обладают согласованной и упорядоченной энергией. Микротрубки, хотя и являются полыми, но внутри находится структурированная вода. Обычная вода из крана или реки – беспорядочная, молекулы движутся хаотично. Но итальянцы обнаружили, что вода в микротрубках сторого структурирована. То есть внутри происходит некий квантовый процесс и было обнаружено, что возникают лучи диаметром 15 нм – полностью совпадая с диаметром ядра микротрубки.

Сознание – глобальное явление, которое охватывает всё тело, а не только мозг. Сознание в своей основе является структурированным светом. Все процессы в организме вызваны квантовыми колебаниями. Тот факт, что человеческое тело обменивается информацией с квантовым полем говорит о том, что способности человека к знанию и коммуникации гораздо глубже, разносторонне и шире, чем считалось. Это так же доказывает факт Единства: живые существа являются заряженными частицами, взаимодействующим с квантовым полем и обмениваясь квантовой информацией.

(c) Василина Михайлюк
Я Африка

Гороскоп Вуду/Сантерии

Гороскоп Вуду/Сантерии

Нана Буруку/Nana Buruku
(02.07-11.07)


Nana Buruku - божество Гермафродит. Она создавала Вселенную и все, что существует в ней.
Нана Буруку – андрогинное божество-Создатель, «Старая Небесная Матерь» и исконный дух, обитающий в болотах, она часто идентифицируется с богиней всех вод Йеманжой («старая Йеманжа»).
Мир был создан божеством Нана Буруку, которое как Андрогин породило Близнецов - Mawu и Lisa, уступив им затем господство над созданным миром. Она – очень древний дух. Nana Buruku также отождествляется с Gwan Silibo Nouvavou - андрогинным духом, являющимся предком человеческой расы, который обитает в реках и озерах. Она очень стара и обладает магической силой.
Нана Буруку так же стара как грязь, глина, перегной или почва Земли. Фактически, она и есть грязь, перегной или глина - она связана с плодородием, производительной силой, возрождением с одной стороны, со смертью с другой.
Глина («прах земной») - это материал, из которого сотворялись люди, но также и материал, который должен использоваться после конца человеческой жизни, как возврат к земле («Из праха созданы мы, в прах и возвратимся...»). Она страж ворот Смерти, защитница пожилых людей.
Нана Буруку - сущность Земли как планеты. Она любит болота и пустыни, тихие реки, заводи, пруды, лагуны, колодцы, горы и своих детей. Она - королева неподвижных вод, грязи и болот.
Ее благословение очень мощное, поскольку оно - благословение самой Земли.
Так как Nana Buruku издревле конфликтует с богом войны Огуном, то она может препятствовать его силе (злу и насилию).
Нана Буруку отождествляется с богинями Реей и Кибелой греко-римской мифологии.
Католические маски - Our Lady of Mt. Carmel, Senhora Santana, Sant Ana, Nossa Senhora do Carmo ou Santa Teresa и т.д.
Цвета Наны Буруку – белый, темно-синий, сине-зеленый, розовый, сиреневый, фиолетовый, пурпурный, черный и т.д.
Нана Буруку была включена в религию Yoru`ba' как «старая Йеманжа», владеющая всеми водами.
Рожденные под знаком Наны Буруку чувствительны, восприимчивы и умны. Они обладают аналитическим умом и богатым воображением.
Люди Нана Буруку ориентированы на авторитеты и традиции, прошлый опыт.
Дети Наны Буруку кажутся добродушными, спокойными и, кажется, что они безразличны к внешней действительности, хотя на самом деле, внутри, в душе очень эмоциональны, и могут быть нетерпеливыми и раздражительными. Но, как правило, они сострадательны, терпимы, добры и гуманны. Нана Буруку- прототип людей, которые действуют спокойно, достойно, они внешне лояльны и доброжелательны.
Они обладают способностью сглаживать неприятности и сохранять веру в жизнь. Они добры, но их гнев страшен и уничтожителен, они не забывают обид.
Дети Наны Буруку любят роскошь, веселье, развлечения, хорошее времяпровождение и комфорт. Но могут быть ленивыми, апатичными, эгоистичными, жадными, алчными, пессимистичными, депрессивными и т.д.
Люди Наны Буруку достаточно критичны, рассудительны, практичны, проницательны, но в то же время чувствительны, восприимчивы, эмоциональны и т.д.

Остальные гороскопы тут - http://astarteofsidon.blogspot.com/ (выбор по ярлыкам-категориям в правом меню)